Главная
О Компании
Услуги
Огнезащита строительных конструкций
Огнезащита металлических конструкций
Огнезащитные покрытия на основе огнезащитных красок
Огнезащитные штукатурки
Огнезащитное покрытие на основе минераловатных плит
Огнезащита воздуховодов
Жидкостекольные мастики
Напыляемые материалы на основе минеральных волокон
Базальтовые и минераловатные маты
Огнезащита бетонных конструкций
Огнезащита бетонных конструкций, усиленных системой внешнего армирования на основе углепластика
Огнезащита кабелей, кабельных проходок и каналов
Огнезащита деревянных конструкций
Огнезащита тканей и ковровых изделий
Системы пожаротушения
Пожарная сигнализация и оповещение
Автоматика дымоудаления
Разработка мероприятий по обеспечению пожарной безопасности
Разработка специальных технических условий
Поставка огнезащитных материалов
Огнезащитные материалы для металлоконструкций
Состав огнезащитный штукатурный «Сотерм-1М»
Огнезащитное покрытие на основе состава ОЗС-ТТ
Огнезащитные составы для бетонных конструкций
Состав огнезащитный штукатурный «Сотерм-1Б»
Огнезащитные составы для дерева
Краска огнезащитная «Пирекс»
Огнезащитная пропитка «Фенилакс»
Огнезащитные краски для кабелей
Работы по антикоррозионной защите
Теплоизоляционные работы
Малярные работы
Все об огнезащите
Наши клиенты
Вопросы/Ответы
Контакты

Все об огнезащите

В этом разделе сайта мы публикуем наиболее интересные информационные материалы по огнезащите, которые доступны в тематических изданиях, а также в специализированной литературе.

Проблемы огнезащитной отрасли

C.А. Ненахов, канд. хим. наук, ведущий научный сотрудник; В.П. Пименова, канд. хим. наук, зам. директора по научной работе; А.Л. Пименов, генеральный директор НПП «Теплохим», г. Москва ж. Пожаровзрывобезопасность №12, на стр.19-26.

В середине 90-х годов прошлого века было положено начало стандартизации в области огнезащиты, упорядочившей правила и процедуры. Однако, в последнее десятилетие развитие нормативно-правой базы в этой области существенно замедлилось, стали очевидны многие проблемы и отставание от передовых стран. В статье рассмотрены недостатки существующего порядка вещей, а также возможные пути их преодоления.
Ключевые слова: огнезащита, нормативно-методические проблемы, идентификация, сертификация, предельное состояние, калибровка стендового оборудования, предел огнестойкости, контрольное испытание.

Введение

В области огнестойкости строительных конструкций основополагающей является серия стандартов ГОСТ 30247 [1,2], разработанная ЦНИИСК им. Кучеренко и ВНИИПО в середине 90-х годов прошлого века. Эти стандарты, положившие начало упорядочению процедур в практике огнезащиты в нашей стране, сыграли в свое время важную роль. С 1993 по 1999 год появляется серия отраслевых стандартов — Нормы Пожарной Безопасности (НПБ) – в которых регламентируются процедуры испытания огнезащитных материалов применительно к различным конструкциям из разнообразных материалов: металлов, пластиков, древесины. Но к настоящему времени указанные стандарты устарели, они во многом не соответствуют запросам практики и, более того, являются источником множества проблем. Появившийся в 2009 г. ГОСТ Р 53295-2009 [3] также не отнесешь в полном смысле слова к новациям, поскольку он наследует почти все пороки предшествующих документов. Поэтому нам представляется актуальным перечисление и анализ существующих проблем с последующим их публичным обсуждением и, конечно, формулирование предложений по возможным путям разрешения этих проблем.

Проблемы нормативно-методического обеспечения

В настоящее время как атавизм воспринимаются ссылки в ГОСТ 30247.0-94 на давно не существующие стандарты почившего в бозе СЭВ, в том числе в части определения основных понятий, таких как «пожар», «огнестойкость конструкции» и др. Поскольку стандарты СЭВ уже около двадцати лет не имеют юридической силы, многие важные стандарты, в том числе касающиеся терминов и определений в области огнезащиты, давно бы должны были стать предметом заботы Технического комитета по стандартизации ТК 274 «Пожарная безопасность» и ФГУ ВНИИПО МЧС России. Но до сих пор стандарта, определяющего базовые понятия в области огнезащиты, не существует, что, как известно, чревато разнобоем в терминах, опасным, в свою очередь, неоднозначным толкованием норм.

Не отвечает запросам практики единственный фигурирующий в вышеназванном стандарте [1] «стандартный температурный режим». Очевидно, что один режим не охватывает всех особенностей (кинетических закономерностей, мощностей тепловых потоков) возможных пожаров: в офисе, на нефтеперегонном предприятии, в детском саду и т.п. И, следовательно, для каждого случая должна существовать своя тактика, свои подходы, свои материалы. В настоящее время все испытания проводятся в условиях одного режима. Когда-то, на заре огнезащитного дела этого одного режима было достаточно, поскольку так называемый режим «стандартного пожара» — достаточно жесткий режим. Но в настоящее время очевидно, что горение различных сред и материалов (углеводородов, древесины и т.д.) имеет свои кинетические и температурные особенности, игнорирование которых сопряжено с ненужными затратами и рисками.

В практике передовых стран давно различают (в испытательных, проектных целях) виды пожаров: «углеводородный», «тлеющий», «целлюлозный», «тоннельный» и др. [4]. В нашей стране также существуют всевозможные классификации пожаров [5,6], но основополагающий стандарт [1] по огнезащите по этому поводу лишь рекомендует: «При необходимости может быть создан другой температурный режим, учитывающий реальные условия пожара» (п. 6.1).
Нормы пожарной безопасности НПБ 236-97 [7] давно устарели и стали источником многих проблем, большая часть которых перекочевала и в ГОСТ Р 53295-2009 [3]. Ранее мы уже детально рассматривали некоторые из них [8], здесь лишь перечислим проблемы обоих стандартов на примере НПБ-236-97 (который не отменен, и на сайте ВНИИПО на октябрь 2010 г. фигурирует как действующий документ):

a) В настоящее время в стране существует множество испытательных центров, осуществляющих испытания по этой методике. Но насколько совпадают результаты испытаний, выполненных в разных центрах, сказать трудно, потому что о предписываемой ГОСТ 30247.0 калибровке стендового оборудования в НПБ 236 ничего не говорится, и калибровка по единым правилам не выполняется. Из собственной практики натурных испытаний в различных центрах мы можем утверждать, что расхождения в результатах на совершенно идентичных образцах могут доходить до 30 %. Поэтому говорить в отсутствие калибровки об идентичности результатов испытаний, осуществляемых в различных испытательных центрах РФ, не корректно.

b) НПБ 236 предусматривает для обязательной сертификации единственное испытание на одном профиле № 20 двух колонн двутаврового сечения с одной толщиной покрытия. Строительная практика зачастую даже в пределах одного помещения использует широкий набор профилей с разной приведенной толщиной металла и различной толщиной покрытий. В НПБ 236 (п. 4.11) говорится о возможности проведения испытаний по расширенной программе «при научно-техническом обосновании по инициативе заказчика…» Сколько должно быть испытаний в этой программе? Каков алгоритм построения обобщенной зависимости? Что значит «научно-техническое обоснование» в отсутствие общепринятого стандарта? Какие-либо регламентации здесь отсутствуют. Проектанты и разработчики, и испытатели действуют на свой страх и риск. И проектанты, и надзорные службы справедливо сетуют на «научно-технический» волюнтаризм в этом важном вопросе.

c) Весь возможный и необходимый для практики диапазон значений толщин металлических конструкций* и покрытий не может быть «закрыт» экспериментально, да в этом и нет необходимости. Достаточно иметь экспериментальные значения для границ диапазона. Внутри диапазона толщин задача должна решаться методом интерполяции. Однако стандартизованного (а, значит, общепринятого) метода интерполирования не существует. Разъяснение МЧС РФ** о том, что экстраполяционные методы не рекомендуются, а рекомендуются интерполяционные методы вопроса совершенно не закрывает, потому что важно не само по себе разрешение интерполяции, а указание на единые для всех (может быть, несколько) способы осуществления интерполяции. Если, например, одни буду пользоваться линейной интерполяцией, другие степенной, то это тоже может стать источником существенных разночтений.

d) В нормативных документах фигурируют разнообразные определения и группы пределов огнестойкости. Так ГОСТ 30247.0-94 (п. 10) [1] использует понятие предела огнестойкости (без определения термина, со ссылкой на юридически ничтожный стандарт СЭВ 383-87 [9]) и предлагает характеризовать его «цифровым показателем…, соответствующим одному из чисел следующего ряда: 15, 30, 45, 60, 90, 180, 240, 360». В НПБ 236 (п. 6.5.3) в редакции 1997 года этот показатель трансформировался в понятие «группа огнезащитной эффективности» (опять же без определения термина), характеризующее, как следует из контекста, огнезащитную эффективность покрытия для стальных конструкций; групп всего стало пять с границами 30,45, 60, 120, 150 минут. То есть число групп уменьшилось с восьми до пяти, когда документ стал ведомственным. Наконец, в 2009 году появляется ГОСТ Р 53295 [3] в котором предлагается дифференцировать огнезащитную эффективность на 7 групп с временными границами 15, 30, 45, 60, 90, 120 и 150 минут. Легко видеть, что и число групп, и их значения в области более 60 минут в этих действующих документах отличаются. Федеральный закон [10], вступивший в силу в середине 2008 года, узаконил дифференциацию огнестойкости конструкций в одиннадцати пределах: ненормируемый, 15, 30, 45, 60, 90, 120, 150, 180, 240, 360 минут. Но выше перечисленные документы никто не редактировал и не отменял. Конечно, все изложенное можно было бы отнести к мелким придиркам, если бы речь шла не о стандартах, которые должны отвечать определенным требованиям – унификации терминов, определений и норм.

e) Сама по себе целесообразность и необходимость групповой дифференциации огнезащитных материалов по эффективности не подлежит сомнению, это удобно при проектировании огнезащиты, уместно при сертификации, при контроле. Такая практика существует во всех странах. Вопрос в том, уместно ли отнесение испытуемого покрытия к определенным группам огнезащитной эффективности в документации по результатам натурных (стендовых) испытаний (протоколы испытаний, как правило, малодоступны) при испытании на единственном профиле (№ 20). Дело в том, что огнезащитное покрытие постоянной удельной огнезащитной эффективности может показать, например, при толщине 1,4 мм предельное время 50 минут, при толщине 1,2 мм – 48 минут, при толщине 1,0 мм – 45 минут. В сертификате пожарной безопасности все эти испытания будут отнесены в группу с пределом 45 минут. Понятно, что материал с данными для толщин 1,2 мм и более будет квалифицироваться как неконкурентный, хотя это все один и тот же материал! Поэтому либо производитель после испытаний оставляет все как есть, а материал попадает в разряд низкоэффективных. Либо производитель материала должен, многократно проводя дорогостоящие испытания и постепенно подбирая толщину сухого покрытия, показать желанные 45 минут при минимальной толщине. С другой стороны, именно привязка к границам диапазонов позволяет легко сравнивать эффективность материалов от разных производителей, но, как мы видим из изложенного, сопоставление этих результатов может быть не корректно. Где выход? Выход из описанной ситуации находится сам собой при проведении испытаний по границам диапазона реально используемых значений приведенной толщины металла (ПТМ) стальных колонн и, соответственно, толщин покрытий. Такой подход реализован, например, в стандарте ENV13381 [11], широко используемом в европейских странах. Да, это достаточно дорогостоящее испытание, но оно закрывает сразу весь необходимый диапазон ПТМ. У нас же сначала надо методом проб и ошибок при так называемом обязательном испытании подойти к границе того или иного временного диапазона на стальной колонне двутаврового сечения профиля № 20, а потом проделать ряд дополнительных испытаний на других профилях и с другими толщинами покрытий в «добровольном» режиме.

f) По сей день отсутствует возможность экспериментального определения и/или стандартизованная методика расчета потери несущей способности защищаемыми изделиями, хотя часто в сертификатах пожарной безопасности, рекламных материалах, технической документации фигурирует этот показатель безо всякого на то обоснования. Очевидно, что потеря несущей способности зависит не только от температуры, но и от условий нагружения: в некоторых условиях устойчивость конструкции может нарушиться уже при температуре 400 0С, а в некоторых случаях – конструкция будет устойчивой при нагреве до 600 0С. Определенные разработки в этом направлении уже существуют, в том числе и достаточно давние, и новые. Но эти методики не доведены до статуса стандартов. Особенно актуальной проблема создания методики определения предела несущей способности стальных конструкций становится в связи с принятием федерального нормативно-правового акта [10]. Так в статье 58 «Огнестойкость и пожарная опасность строительных конструкций» в изложении пределов огнестойкости строительных конструкций (табл. 21) предел потери несущей способности фигурирует как индивидуальный показатель, либо он фигурирует в сочетании с другими пределами. А такое предельное состояние как потеря теплоизолирующей способности (I), определяемое по НПБ 236, даже не фигурирует как индивидуальный показатель в этом документе, а только в сочетании с показателем предела потери несущей способности (R). В соответствии с упомянутым законом «предел потери теплоизолирующей способности (I)», как индивидуальный показатель теперь оказался вне закона, а, значит, и все нормативные документы, регламентирующие его определение как индивидуального показателя незаконны. Незаконной стала и деятельность испытательных центров по определению предела потери несущей способности. Конечно, на этот юридический казус никто внимания не обращает: испытательные центры работают, НПБ 236 никто не отменял, показателем пользуются.
Как и рассмотренная выше проблема временной дифференциации огнестойкости конструкций, так и неразбериха с предлагаемыми к использованию показателями пределов огнестойкости в Федеральном законе [10], по нашему мнению, обусловлены методологическим заблуждением: стремлением расписать в законе как можно больше конкретики, технических требований, тогда как по определению «удел закона – основные принципы» [12, 13, 14]. Неопределенности и двусмысленность, привнесенные Федеральным законом в огнезащитную отрасль, не уменьшают, а увеличивают меру беспорядка и меру неопределенности.

g) Другим недостатком рассматриваемых документов является отсутствие возможности оценки влияния деформирования покрытия на его огнезащитную эффективность. Очевидно, что распространять данные, полученные практически в статических условиях (например, на вертикально стоящих стальных колоннах, которые практически не деформируются), на динамические условия (деформирующиеся балки) некорректно, поскольку прогибы балок могут быть довольно большими, а пенококсы весьма хрупки, и незначительные напряжения и деформации чреваты разрушением слоя вспененного кокса и, соответственно, потерей ресурса работоспособности. Вновь заметим, что процедура испытания огнезащитных свойств покрытий на нагруженных и ненагруженных балках давно реализуется в европейских странах посредством стандарта [11].

h) В НПБ 236 и ГОСТ Р 53295 в разделе «Общие требования» устанавливается, что «одновременно с испытаниями по определению огнезащитной эффективности проводятся контрольные испытания». Некоторые сертификационные органы и испытательные центры при проведении натурных испытаний с целью сертификации настаивают на необходимости проведения «основного» и «контрольного» испытания. Одновременно (в другом разделе НПБ) сообщается, что «контрольный метод испытаний средств огнезащиты используется при проверке… огнезащитной эффективности в процессе производства этих средств, а также при их поставках крупными партиями». На практике это часто оборачивается проблемами для производителя. Заказчику испытаний испытатель всегда может сказать: «Да, на колонне Ваш материал показал хороший результат, но результаты контрольного испытания очень плохи». Как будет решать эту технически не решаемую задачу заказчик испытаний? Основной и контрольный методы испытания, предусмотренные при обязательной сертификации, не коррелируют, поскольку эти испытания выполняются при совершенно разных граничных условиях. Поэтому не понятно: что контролируется в так называемом «контрольном» методе испытания и зачем? Отсутствие корреляции между основным и контрольным методом стало очевидным после двух-трех лет испытаний с момента введения НПБ 236-97. То есть вот уже около десяти лет очевидный казус существует в Нормах пожарной безопасности. По-видимому, на самом деле здесь речь должна идти о возможности идентификации огнезащитного материала на любой из стадий его «жизни», но для этого должны быть использованы совсем другие процедуры (смотри ниже).
Еще раз заметим, что введенный в действие в феврале 2009 г.ГОСТ Р 53295-2009, разработанный ФГУ ВНИИПО МЧС России, в сущности повторяет НПБ 236 и все присущие этому НПБ выше перечисленные недостатки. Новшества этого ГОСТ (удаление из испытательной процедуры вопросов сертификации и изменение числа групп огнезащитной эффективности) не содержат никаких принципиальных новаций в испытательной процедуре.

Проблема идентификации огнезащитных материалов

Заказчики огнезащитных работ сетуют на то, что при нанесении огнезащитных покрытий на основе вспенивающихся лакокрасочных материалов часто случаются подмены: вместо водной вспенивающейся огнезащитной краски используют внешне очень похожую, но более дешевую обычную водоэмульсионную краску или огнезащитные краски разбавляют обычными водными составами. Сокрушаются также по поводу того, что проверить готовое огнезащитное покрытие практически невозможно. С этой проблемой сталкиваются и производители красок. Производителям красок также известны случаи, когда некий производитель огнезащитных работ закупает 100 кг огнезащитной краски, получает у производителя сертификат пожарной безопасности на эту краску, и затем в зависимости от требуемой толщины покрытия наносит краску на поверхность площадью 50-100 м2, а оформляет документацию на выполнение огнезащитных работ на площади, скажем, 1000 м2. Все эти проблемы дают основание представителям пожарных служб утверждать, что поскольку существует проблема идентификации вспенивающихся огнезащитных красок и покрытий, то от них надо отказаться, то есть запретить применение огнезащитных красок. Такое предложение прозвучало, например, вполне серьёзно на совещании во ВНИИПО 15 января 2010 г. при рассмотрении подготовленного ВНИИПО Свода правил 2.13130.2009 «Системы противопожарной защиты. Обеспечение огнестойкости объектов защиты». Складывается впечатление, что произошла подмена понятий и проблем вместо их решения.

Заметим, что проблема идентификации других огнезащитных материалов (например, так называемых «конструкционных» материалов) также существует, но их никто не предлагает запретить. Когда и почему возникают такого рода перекосы известно давно: как правило такая ситуация возникает, когда некая группа людей пытается ослабить конкурентов методами далеких от рыночных. Вместе с тем еще в 1999 г. был введен стандарт [15], описывающий общие положения при идентификации продукции. А с мая 2009 года действует стандарт [16], который устанавливает порядок и методы проведения термического анализа и последующей аналитической идентификации веществ (материалов) и средств огнезащиты. Для проведения испытания с помощью современных приборов требуется проба массой всего 3 мг! Такая проба может быть легко получена на высохшем покрытии без ухудшения его свойств (огнезащитных и декоративных), не говоря уже о пробах красок. Термогравиметрическое или калориметрическое испытание позволяет производить идентификацию практически со 100 %-ной достоверностью.

Проблемы пожарной сертификации

Перечисленные ниже проблемы нельзя квалифицировать как чистые проблемы сертификации огнезащитных материалов, но то, что существующий порядок пожарной сертификации способствует их усугублению – это очевидно.
Сертификат пожарной безопасности содержит: а) название продукта, б) ссылку на ТУ, в) толщину покрытия (или расход) и время (или группу), г) номер колонны (или ПТМ двутавра), д) ссылку на протокол испытаний. Остальные надписи-подписи – служебные (кто, где, когда). Узнать какие-то детали, кроме того, что записано в сертификате пожарной безопасности, очень сложно. К сертификату таких требований нет. Что в целом, конечно, оправдано, но получить протокол испытаний чаще всего – невозможно.

Другие важные показатели, а именно вязкость, предел текучести, плотность, коэффициент вспенивания, как правило, вообще нигде не фигурируют. В лучшем случае что-то может быть написано в рекламе на продукт, что-то может быть написано в инструкции на применение, но в основном документе на продукт – технических условиях такие сведения чаще всего обходят. Это происходит потому, что технические требования к огнезащитным материалам – хотя бы перечень показателей – на уровне ГОСТ отсутствуют.

Отдельного упоминания заслуживает государственный Реестр сертификатов пожарной безопасности, размещенный на сайте ВНИИПО. Документ сложно читаемый, так как не структурирован, отсутствует классификация сертифицированного продукта: подряд следуют огнетушители, несгораемые сейфы, материалы для огнезащитных покрытий, так называемая «конструктивная» огнезащита, двери и т.д., и т.п. И по каждой позиции только скудная информация, но при этом многократно повторяется полное название НПБ.

Основная проблема существующего порядка вещей в сертификации пожарной безопасности в нашей стране заключается в том, что институт сертификации не может по выше указанным причинам остановить безудержной гонки показателей огнезащитной эффективности вспучивающихся покрытий. Если с десяток лет назад лучшие показатели отечественных материалов были на уровне европейских, то скоро они их превзошли: сначала на 30-40 % [17], а теперь почти вдвое. Похоже, что давно сертифицированы вспенивающиеся материалы с показателями, находящимися за пределами физических возможностей. В принципе это не очень сложная задача – определение границ эффективности вспучивающихся покрытий – и ВНИИПО (с привлечением специалистов из академических институтов) при желании мог бы давно её решить. И печально то, что если еще 10-15 лет назад соревновались лаборатории в стремлении сделать лучший материал, то теперь осталась только гонка «нарисованных» показателей в сертификатах пожарной безопасности. Что отнюдь не способствует реализации заявленной государством политики в области инноваций в пожарной сфере. Таким образом, сегодня в области огнезащитных материалов сложилась очень неприглядная картина: устаревшие процедуры испытания и сертификации; отсутствие инструментария, отсутствие единых технических требований и т.п.

Коррумпированность противопожарной деятельности

Использование должностным лицом своих властных полномочий и доверенных ему прав в целях личной выгоды, как известно, есть коррупция. Этот раздел документа мог бы быть самым большим, если пойти по пути конкретных примеров. Но написано по этому поводу множество статей, например, [18], признано общегосударственное значение проблемы*. Поэтому здесь мы только обозначим группы явлений в отрасли. К первой группе мы бы отнесли проблемы взаимодействия производителей материалов, производителей работ с надзорными органами на объектах применения огнезащиты. Ко второй группе — проблемы объективности и корректности испытательных центров и сертификационных органов. Отсутствие объективности в их деятельности и породило феномен регистрации материалов с показателями огнезащитной эффективности, лежащими за рамками физических возможностей (см. раздел о сертификации). При всей неизвестности физической границы эффективности огнезащитных покрытий выход за рамки физических возможностей едва ли был бы возможен в условиях объективности испытательных центров, сертификационных экспертов и заказчиков этих испытаний, и если бы отношения между ними регулировались правовыми нормами.
Обе группы явлений – взаимодействие участников процесса и объективность сертификационных органов – не коррупциогенны сами по себе, они приобретают такой характер, когда нормативно-правовые акты диктуют неопределенные и широкие пределы, неопределенные положения, трудновыполнимые и обременительные требования [19].
Но это все нормоприменение, как дело обстоит в нормотворчестве? Как показано в публикации [20] нормотворчество демонстрирует новые высоты казуистики и насмешки над здравым смыслом. В упомянутой статье изложены основные недостатки закона, а также предложены возможные подходы по приведению его в соответствие с концепцией правового обеспечения технического регулирования.
Здесь также уместен пример попытки административного перераспределения рынка огнезащитных материалов в пользу так называемой «конструктивной» огнезащиты и значительного ограничения областей применения вспенивающихся лакокрасочных материалов. Доводы лоббистов «конструкционной» огнезащиты в ходе контактов с разработчиками проектов нормативно-правовых актов и при обсуждении проектов актов (например, СП 2.13130.2009 «Системы противопожарной защиты. Обеспечение огнестойкости объектов защиты») строятся не столько на разнице свойств двух групп материалов, сколько на идее закрытия вопроса об уже выданных сертификатах пожарной безопасности на огнезащитные краски с сомнительными, нереальными показателями огнезащитной эффективности. Административное ограничение области применения тонкослойных вспенивающихся покрытий на самом деле может означать только одно: признание невозможности наладить грамотную сертификацию огнезащитных красок. Что касается сопоставления свойств тонкослойных вспенивающихся покрытий и толстослойных облицовочных материалов, то эти материалы не являются антагонистами, а взаимно дополняя друг друга, обеспечивают весь «ареал» архитектурно-строительных решений. В мировой практике самые различные материалы вполне бесконфликтно производятся в одной компании, например, [21, 22].

Резюме

Подводя итог этой части статьи, можно констатировать, что сфере огнезащиты присущи многочисленные проблемы. Это несовершенство испытательных, идентификационных и сертификационных процедур, подчас недобросовестность при сертификации, недобросовестная и неполная информация о материалах от производителей, недоступность информации о сертификационных натурных испытаниях, отсутствие единой информационно-справочной системы по свойствам огнезащитных покрытий, отсутствие стандартизованных требований к свойствам огнезащитных материалов и покрытий.
Рассмотренные недостатки существующего порядка носят системный характер. Очевидно, что организационные принципы построения отрасли, мягко говоря, трудно признать оправданными. Буквально все сферы деятельности свалены на МЧС: законотворчество и исполнение законов, предупреждение пожаров, тушение пожаров и разгребание последствий. МЧС и работает, как может на чрезвычайных ситуациях. Не может МЧС одновременно заниматься юридическими, правовыми, научно-техническими вопросами безопасности. Изложенный здесь подход, в основе которого лежит принцип разделения законодательных и исполнительных функций не оригинален. Более того, конкретно применительно к МЧС необходимость его обоснована в ряде работ, например в [12]. И без нормотворчества в МЧС дел останется невпроворот. А сегодня при существующем порядке вещей вместо совершенствования процедур испытания и сертификации в огнезащитной отрасли предпринимается совершенно не адекватная ситуации попытка решить существующие проблемы запрещением (закрытием) в стране целой отрасли, которая в мировой практике занимает соответствующее своим возможностям и потребностям место. Отрасль можно закрыть, перечисленные выше проблемы останутся.

Что делать?

Очевидно, что в существующей ситуации есть две группы проблем: первая группа – организационно-правовые проблемы, вторая группа – проблемы нормативно-методической базы.
Первая группа проблем включает такие вопросы как:
a) Разделение законодательных, исполнительных и контрольных функций.
b) Определение и обособление от других служб организации, исполняющей функции законодателя.
c) Пересмотр роли и функции страхования.

В решении этих вопросов нет необходимости изобретать «велосипед», необходимо привлечь оправдавший себя опыт зарубежных организаций. В Европе – это, например, Регистр Ллойда (Lloyd’s Register), выступающий как страховщик, но только по выполнению процедуры одобрения (сертификации). В странах Северной Америки стандарты и процедуры испытаний, касающиеся безопасности продукции и услуг, разрабатывает независимая организация Underwriters Laboratories (UL) [23]. UL является одной из нескольких компаний, утвержденных на испытания безопасности продуктов Федеральным агентством США OSHA. UL проводит на бесприбыльной основе испытание изделий, начиная с 1894 года.
Конечно, наведение порядка в таком запущенном хозяйстве – дело сложное, дорогое и, главное, долгое. Но почему бы не воспользоваться сложившимися на Западе и оправдавшими себя правилами «игры»? Конечно, не переписыванием на русский язык кодексов, процедур UL или европейских стандартов, но приглашением соответствующей организации к полновесному сотрудничеству на нашей территории? С открытием постоянного филиала в Москве с участием заинтересованных в РФ сторон (производителей, проектантов, сервиса). С переводом проблемы регулирования в пожарной отрасли с государственной заботы на институт саморегулирования. Это наверняка будет быстрее и обойдется не дороже. И, главное, существенно изменит эффективность решения проблем в отрасли.
Вторая группа проблем – о путях совершенствовании процедурно-методической нормативной базы испытаний, контроля в значительной степени определится «сама собой» после выбора способа решения первой группы проблем. В решении этих проблем можно воспользоваться либо американским [23], либо европейским опытом [11]. В решении и этой группы вопросов саморегулируемые организации могут сыграть важную роль, обеспечивая прозрачность, информированность и достоверность информации.

Литература
1. ГОСТ 30247.0-94. Конструкции строительные. Методы испытаний на огнестойкость. Общие требования.
2. ГОСТ 30247.1-94 Конструкции строительные. Методы испытаний на огнестойкость. Несущие ограждающие конструкции.
3. ГОСТ Р 53295-2009 Средства огнезащиты для стальных конструкций. Общие требования. Метод определения огнезащитной эффективности.
4. Противопожарные технологии. Особые области применения огнезащитных материалов Promat. URL: http://www.pptech.ru/component/option,com_jooget/Itemid,0/t ask,detail/id,14 .
5. Пожар. URL: http://ru.wikipedia.org/wiki/Пожар.
6. ГОСТ 27331-87. Пожарная техника. Классификация пожаров.
7. НПБ 236-97. Огнезащитные составы для стальных конструкций. Общие требования. Метод определения огнезащитной эффективности.
8. Ненахов С.А., Пименова В.П., Пименов А.Л. Проблемы оценки ресурса работоспособности вспенивающихся огнезащитных покрытий. // Пожаровзрывобезопасность. – 2009. – Т. 18. – № 8. – Стр. 46-49.
9. Стандарт СЭВ 383—87. Пожарная безопасность в строительстве. Термины и определения.
10. Федеральный закон Российской Федерации от 22 июля 2008 г. № 123-ФЗ «Технический регламент о требованиях пожарной безопасности».
11. British Standard ENV 13381-4:2002 Test methods for determining the contribution to the fire resistance of structural members — Part 4: Applied protection to steel members.
12. Красавин А.В. Нормы пожарной безопасности. Системная проблема. //Сборник статей по вопросам технического регулирования в области пожарной безопасности. – М.: Эко-Пресс. – 2010. – Стр.50-57.
13. Красавин А.В. Предложения по внесению изменений в «Технический регламент о требованиях пожарной безопасности» по результатам правоприменительной практики. // Сборник статей по вопросам технического регулирования в области пожарной безопасности. – М.: Эко-Пресс. – 2010. – Стр.89-98.
14. Коробко В.Г., Глуховенко Ю.М. Пожарная безопасность зданий и сооружений в контексте действия двух федеральных законов. // Сборник статей по вопросам технического регулирования в области пожарной безопасности. – М.: Эко-Пресс. – 2010. – Стр.99-127.
15. ГОСТ Р 51293-99. Идентификация продукции. Общие положения.
16. ГОСТ Р 53293-2009. Пожарная опасность веществ и материалов. Материалы, вещества и средства огнезащиты. Идентификация методами термического анализа.
17. Вахитова Л.В. Мифы и реальность огнезащиты. URL: http://www.endoterm.com.ua /publish/obzor.php.
18. Алякринская Н. Пожарные меры. Как борцы с огнём борются с бизнесом. //«Новое время». – 2009. – № 5.
19. Федеральный закон Российской Федерации от 17 июля 2009 г. № 172-ФЗ «Об антикоррупционной экспертизе».
20. Красавин А.В. Попытка проведения антикоррупционной экспертизы Федерального закона «Технический регламент о требованиях пожарной безопасности». // Пожаровзрывобезопасность. – 2009. №9. Стр.
21. Казиев М.М. Современные огнезащитные покрытия для стальных конструкций и трубопроводов. «Противопожарные и аварийно-спасательные средства» 2005. №4. URL:http://fire.groteck.ru/articles2/ognzasch/kaziev2.
22. Carboline. Coatings, Linings, fireproofing. URL:http://www.carboline.com/fireproofing.aspx
23. Underwriters Laboratories. URL: http://www.ul.com/global/eng/pages/offerings/ perspectives/regulator/ccd/.

________________________________________
* Напомним, что ГОСТ 8239-89 «Двутавры стальные горячекатаные (сортамент)» содержит описание для семнадцати различных номинальных размеров двутавров, отличающихся площадью поперечного сечения, периметром и массой.
** Письмо МЧС России от 20.11.2007 № 19-2-4479, подписано председателем НТС Ненашевым Ю.В.

* Национальный план противодействия коррупции. 31 июля 2008 года. Официальный сайт президента РФ. URL: http://archive.kremlin.ru/text/docs/2008/07/204857.shtml

Связаться с нами

Отправьте свое сообщение и мы свяжемся с Вами в ближайшее время
Нажимая кнопку Отправить, я даю свое согласие на обработку персональных данных

1994- Все права защищены